Теперь мы переходим от унаследованной сущности человека к его приобретённому характеру. Унаследованные тенденции к действию мы назвали инстинктами. Приобретённые тенденции к действию мы будем называть привычками. Мы можем лучше составить представление о характере привычек, рассмотрев конкретные примеры.

Природа привычки

Сначала возьмём случай, когда человек формирует привычку выключать свет в подвале. Обычно, имеющий электрическое освещение в подвале своего дома человек, сначала забывает его выключать перед уходом, и как следствие, свет горит всю ночь. Это дорого и глупо, поэтому для человека существует сильный стимул в составлении плана, который обеспечит регулярное отключение не нужного света.

Этот план, обычно, заключается в следующем: электрический переключатель, который управляет светом в подвале, находится рядом с лестницей в подвал. Человек учится смотреть на выключатель, когда он поднимается по лестнице, после включения обогревателя на ночь, учится замечать его и выключать, после ухода. Идти вверх по лестнице значит взглянуть на переключатель. Увидеть переключатель — значит выключить его.

Каждый выполненный шаг приводит к следующему. Человек видит, что для того, чтобы свет всегда был выключен, все действия должны быть сделаны автоматически, и каждый шаг должен продолжаться следующим в серии.

Сначала человек оставляет свет горящим примерно так же часто, как и выключает его. После какой-то тренировки, разные действия становятся настолько хорошо связанными между собой, что свет редко остаётся горящим. Мы говорим, что он сформировал привычку отключения света.

Давайте рассмотрим процесс обучения, что девять раз по девять равно восемьдесят один. Во-первых, никто не говорит и не пишет «восемьдесят один», когда видит «девять раз по девять», но можно привыкнуть к этому.

Здесь нас не волнует, как ребёнок узнает, что собой представляет продукт из девятикратных девяти. Он может узнать это с помощью подсчёта, услышать или прочитать в книге. Но, он сначала узнаёт это, он фиксирует это и делает это автоматически и обычно, продолжая говорить или писать, «девять раз по девять равно восемьдесят один».

Важный момент — сначала ребёнок не знает, что сказать, когда слышит, или видит выражение «девять раз по девять», но после длительной практики он приходит к тому, чтобы давать правильный ответ автоматически и незамедлительно. Для определённой проблемы, «девять раз по девять» получает определённый ответ «восемьдесят один».

Для третьей иллюстрации давайте возьмём случай, когда мужчина встречая леди, снимает шляпу. Молодой мальчик не снимет шляпу при встрече с леди до тех пор, пока его этому не научат. После того, как он узнает, что это акт вежливости, он станет это делать автоматически, не задумываясь.

Для конкретной ситуации, встреча знакомой дамы, устанавливается определённый ответ, снимание шляпы. Аналогичная привычка заключается в том, чтобы отступать вправо, если человек идёт на встречу. Для определённой ситуации, встреча с человеком на дороге, на улице или на тротуаре, устанавливается конкретная реакция — отступить вправо. Реакция становится автоматической, немедленной, определённой.

Существует ещё один тип привычки, который можно назвать — интеллектуальной привычкой, например, голосование за определённую партию (либералы). Это когда мальчик, постоянно слышит как его отец положительно говорит о либеральной партии. Его отец говорит, «Молодец такой-то» поэтому он тоже говорит, «Ура такому-то.» Его отец говорит: «Я либерал», и он говорит, что он либерал. Он берёт сторону, которую принимает его отец.

Аналогичным образом, мы принимаем те же религиозные верования, что и наши родители. Так происходит не всегда, но это правило. Независимо от того, как мы к этому приходим, мы принимаем кредо какой-то партии или какой-то церкви. Мы принимаем определённый взгляд на общественные вопросы и какой-то взгляд на религиозные вопросы. Для некоторых весьма конкретных ситуаций, мы занимаем определённую позицию.

Когда мы идём на голосование, мы смотрим на верхнюю часть бюллетеня, чтобы найти столбец с надписью «Либеральная партия», и определённо реагируем — отмечая колонку «Либерал». Конечно, некоторые из нас формируют другие привычки и ставят флажок в столбце «Демократ», но психологическое действие то же самое. Суть в том, что мы формируем либеральные или демократические привычки и чем дольше мы их практикуем, тем труднее их изменить.

В президентской кампании 1912 Рузвельт «удрал» из Республиканской партии. И пожилым республиканцам было трудно следовать за ним. В то время как одни из них пошли вслед за Рузвельтом, большинство старых республиканцев остались в своей партии, более молодые присоединились к Прогрессивной партии. Он сказал, что когда Дарвин опубликовал «Происхождение видов», очень немногие старики приняли доктрину эволюции. Приверженцы новой доктрины почти все были молодые люди. Поэтому существует такая вещь, как интеллектуальная привычка. Человек, когда сталкивается с определёнными интеллектуальными ситуациями, приходит к конкретной позиции.

На «интеллектуальный» тип привычки, похож другой тип — «моральный». Когда мы сталкиваемся с ситуацией, в которой должны рассказать о происшествии, мы можем сказать правду, или солгать. Мы можем создать привычку реагирования на такие ситуации, например, говорить правду во всех случаях жизни. Мы можем научиться следовать принципу «Скажи правду во все времена, при любых опасностях». Мы можем делать это автоматически, не думая делать по другому.

Наиболее моральные ситуации достаточно конкретные и чёткие, и для них мы можем установить определённые формы реакции. Мы можем создать привычку помогать человеку в беде, помогать больному соседу, хорошо отзываться о ближних. Сформировать привычку к трудолюбию, настойчивости. Эти и другие подобные привычки — основа нравственности.

Различные, перечисленные нами, виды привычек, похожи на некие фундаментальные особенности. Во всех их, на определённые ситуации, следует конкретный ответ. Человек видит выключатель и выключает свет. Видит выражение «девять раз по девять» и говорит «восемьдесят один». Встречает знакомую женщину и снимает шляпу. Сталкиваясь на дорожке, он смещается вправо. Когда вынужден голосовать, голосует за партию. Когда должен сообщить о происшествии, рассказывает, как это случилось. В каждом случае, есть определённые ситуации, на которые следует конкретный отклик.

Другая общая для всех указанных выше случаев характерная черта, реакция — это ответ, она не приходит в первую очередь. В каждом случае мы могли бы научиться действовать по-другому. Мы могли бы сформировать привычку всегда оставлять свет горящим. Так же можно легко сказать, «девять раз по девять равно сорока». Мы могли бы смещаться влево. Могли бы голосовать за демократов. Мы можем формировать плохие моральные привычки, а также, возможно, хорошие, более легко. Однако суть в том, что мы получаем конкретные способы действия в определённых ситуациях, и эти способы действия называются привычками.

Привычка и нервный путь

Уже было заявлено, что привычка — тенденция к определённому типу действий в конкретной ситуации. Основа этой тенденции в нервной системе. Чтобы это понять, мы должны знать, что такое нервная система. Нервы, на одном конце, заканчиваются в органе чувств, а на другом, в конечном итоге — в мышце.

На рисунке ниже, «A» — орган чувств, нерв «B» передаёт от органа чувств в мозг моторные нервы «C», «D», «E», «F», «G» и «H», идут от мозга к мышцам.

Теперь, давайте посмотрим на диаграмме, что означает организация и, что тенденция. Сначала, когда ребёнок видит выражение «девять раз по девять», он не говорит «восемьдесят один». Стимул не вызывает никаких определённых действий. Вероятно, он будет проходить через «E» или «F», как через «D». Но предположим, что мы можем научить ребёнка говорить «девять раз по девять равно восемьдесят один.»

Мы можем написать выражение на доске, попросить ребёнка на это посмотреть и сказать, «девять раз по девять равно восемьдесят один.» Предположим, что действие «восемьдесят один» вызвано нервным током, проходящим через нервную цепь «D». Повторяя, мы устанавливаем связь. Когда ребёнок говорит «восемьдесят один», стимул определённого вида приходит через «А», переходит через «B» в «С» и выходит за «D», заставляя мышцы «М» совершать очень конкретное действие.

организация_тенденции

С точки зрения физиологии, процесс формирования привычки состоит в обеспечении определённой нервной связи, установлении конкретного нервного пути, так чтобы определённая форма стимуляции приводила к определённой форме реакции.

Тенденция нерва — это просто вероятность того, что стимул займёт конкретный курс, а не какой-либо другой. Эта вероятность обусловлена тем, что стимул для достижения желаемого маршрута через нервную систему, выберет конкретную группу мышц и продолжит следовать по этому маршруту. Чем больше раз он проходит по этому маршруту, тем больше вероятность того, что в любой момент времени стимул пойдёт по привычному маршруту и вызовет обычный отклик.

Сначала возможно любое действие. Нервный стимул может принимать любой из многих маршрутов в различные мышцы. Случайно или сознательно стимул принимает определённый путь, повторением мы его фиксируем и делаем этот конкретный маршрут постоянным. Это основывает тенденцию нерва или привычку.

Пластичность привычки

Нужно ясно понимать, что привычка имеет приобретённый характер, в то время как инстинкт — унаследованный характер. Привычка приобретает тенденцию, в то время как инстинкт наследуется. Возможность приобретения привычек — специфическая особенность человека.

Хотя неодушевлённые вещи имеют определённый характер, определённый способ реагирования на силы, которые действуют на них, у них мало, если таковые имеются, возможностей изменить свой образ действия. Можно сказать, что у воды есть привычки. Если она охлаждается, то превращается в лёд. Если нагревается, то превращается в пар. Но она всегда делает именно это. Мы не можем научить её любому другому способу действия. При тех же условиях, она всегда делает то же самое.

Растения очень похожи на неодушевлённые предметы. У растений есть определённые способы действий. Лоза обернётся вокруг опоры. Лист поворачивает свою верхнюю поверхность к свету. Но нельзя научить растения другим способам действия.

Нижние формы животных похожи на растения и неодушевлённые предметы. Но, в незначительной степени, они изменяются и могут формировать привычки. Среди высших животных, таких как собаки и другие домашние животные, существует большая вероятность формирования новых привычек.

У человека есть величайшие возможности привыкания. У человека выученных реакций или привычек, по сравнению с примитивными поступками или инстинктами, больше. В то время как среди низших животных имеет место противоположное — их инстинкты, по сравнению с привычками, более многочисленны.

Мы можем назвать эту возможность формирования привычек — пластичностью. Неодушевлённые предметы, такие как железо, камни, сера, кислород и т. д., не имеют пластичности. У растений, для формирования привычек, очень мало возможностей. У низших животных несколько больше, у высших животных ещё больше, в то время как у человека наибольшая возможность формирования привычек. Эта большая возможность формирования привычек является одной из основных характеристик человека.

Проиллюстрируем контраст между человеком и неодушевлёнными предметами на примере. Если серу помещают в пробирку и нагревают, она сначала расплавляется и становится довольно тонкой, как вода. Если нагреть ещё больше, она станет густой и застрянет в пробирке. Она также потемнеет. При такой обработке, сера всегда делает именно это. Её нельзя научить действовать по-другому. Действие серы при нагревании подобно действию человека, когда он смещается вправо, встречая другого человека на улице. Но человек должен приобрести эту привычку, в то время как сера не должна учить свой способ действия. Сера всегда действует таким образом, в то время как человек сначала этого не делает и должен этому научиться медленным повторением.

Все в мире имеет свой особый характер, но человек уникален тем, что его природа может быть очень сильно изменена. В значительной степени человек создаётся, его природа приобретается. Став мужчинами и женщинами, мы приобрели сотни и тысячи тенденций к действию, определённые формы действий, которых у нас не было в молодости. Можно сказать, что природа человека заключается в его тенденциях к действию. Некоторые из этих тенденций он наследует — это его инстинкты. Некоторые из них он приобретает — это его привычки.

William Henry Pyle